Иногда приходится разводить женщину на секс, а иногда женщина сама просит тебя об этом. Непривычно человеку моего воспитания времен СССР получать такое предложение, но жизнь в стране, а с ней и нравы изменились. И в наше время присходило разное-всякое, но мы как-то не замечали этого, занимаясь построением коммунизма. А пришлось столкнуться. И это была мольба о помощи.

Патрулируем улицы родного города. У всех праздничное настроение. И хотя праздник не у нас, мы надели белые рубашки, на шее беленькие шарфики, перчатки и те белые. Прям невесты на выдане. А праздник-то как раз у невест. Ну не совсем у невест. У всех женщин праздник-восьмое марта. В этот день ни одно происшествие не должно огорчить ни одну женщину. Мы-сама вежливость и предупредительность.

Из-под арки двора выбегает молоденькая девушка. Немного растрепанная, пальтишко накинуто поверх платья и даже не застегнуто, на ногах туфельки явно не по сезону. Ну, блин горелый, начинается! Чего начинается подумать не успели ни я, ни напарник. Девушка подбежала к нам, ухватила за руку меня, оттолкнув Пашу и потянула за собой. Вежливо, ласковым голосом, как разговаривают с несмышленным ребенком, интересуюсь, кто же посмел в такой день изобидеть такую прелестницу. И где оный злыдень прячется?

Щас мы ему вывернем все, что можно, а особенно то, чем он посмел обидеть девушку. Слова мои понятны: при виде девушки в таком состоянии возникает первая мысль - изнасиловали. И хотя эта статья прокурорская и расследует ее прокуратура, но за то, что допустили ЧП, папики с большими погонами самого изнасилуют в извращенной форме. А у меня сексуальная ориентация традиционная и мне такое извращение не по нутру. А девочка все тянет, как на буксире. И при этом приговаривает: " Солдатик, пойдем со мной!

Не думай, я не блядь! У меня парень в Армии. А сегодня восьмое марта. Пойдем со мной, он не обидится. Знаешь, как мне плохо? Мне надо, мне хочется!" До тупенького мента стало доходить, что никто никого не насиловал, что просто в праздник девушке стало горько и тоскливо, что она просит, даже умоляет о помощи. И ведь не к кому-то обратилась. Видимо форма ввела ее в заблуждение, что я не солдат. Но стало как-то горько и гадко на душе от того, что таким вот девушкам, не гуленам, нормальным, приходится проводить праздник одним.

И где он, ее солдатик? Прости, солдат, но это не измена с ее стороны, это крик, даже вопль о помощи. И во мне она видит не просто мужика, способного удовлетворить ее телесную тоску, нет, она видит тебя. И больше чем уверен, даже называть меня будет твоим именем.

Паша въехал в ситуацию моментом. Старше меня и намного опытнее, больше повидавший в жизни, забрал у меня пистолет, сказал, что отмажет и отпустил с Богом. Строго наказал не бросать девчонку одну ни в коем случае.

Пришли к девушке домой. Мы не знакомились, мы даже толком пары слов не произнесли. Толькозашли в квартиру, она сорвала с меня шапку, зашвырнула ее куда-то и вцепилась в меня, впилась в губы и так, не отрываясь, потащила за собой. По дороге освободился от шинели, снял с нее пальто, уронил все это на пол. Девушка дотянула меня до кровати, опрокинулась на спину, потянула и меня. Ласково, нежно стал раздевать ее. А у самого настроение - вроде обманываю ребенка. Тьфу! Но целует она жарко, жадно.

Отвечаю. Сам начал заводиться. Раздел ее и начал ласкать всю, от головы до ног. Не знаю уж, к чему ее приучил солдатик, но тело женщины отзывчиво, если к нему с любовью.

Было все. И кричала она, и рвала простыни, и спину мне всю исцарапала. Наконец успокоилась и уснула, прижавшись ко мне. Подождал, пока разоспится, осторожно освободился, оделся. Она спала, приоткрыв рот, даже слюнка потекла с уголка. Такая маленькая, такая нежная и такая счастливая. Вышел, закрыв дверь. Спасибо английским замкам, ключ не нужен. Пусть проснется, подумает, что ей все приснилось. А если даже и вспомнит, пусть это будет кто-то, похожий на ее солдатика.

А может это он и был, вдруг добрая фея исполнила желание? Сказка не должна заканчиваться прозой жизни. Для того и уходим в мир сказок, что устаем от реалии.

Паша ничего не спросил, протянул пистолет, достал сигареты, покурили. Паша вздохнул: Эх, что за жизнь блядская! И пошел милицейскиц патруль охранять покой родного города.