В буране страсти, и лобзаний
     От громких стонов и стенаний
     В мольбах: Еще, Еще: Еще!
     Он глубже проникал в нее.

     Она кричала, и молила.
     А кончив - поблагодарила!

     Измученный диван затих
     И родился сей скромный стих.
     За стенкой бедный борзописец,
     Свидетель этих адских сцен
     Слагал сей стих, поскольку спать
     Уже не мог, ругаться ж - не хотел!

     Затихли крики, стоны страсти
     И выдался затишья миг
     Теперь - Ура - Поспать удастся!
     Но вновь раздался страсти крик.

     Могучий фаллос непреклонен
     Он не согнется никогда
     Его хозяин смел и строен
     Когда пред ним лежит п:.

     О, гений секса на диване!
     О, страсти иней простыни!
     Прошу - заглохни на немного.
     Дай мне заснуть - потом е:

     Велик, Могуч он - классик страсти
     Свой, сохраняя реноме
     Под утро снова в дымке счастья
     Он чешет яйца на себе!

     И мыслей рой харизматичных
     Пигмей ты, Кафка. Ницше - тля!
     Ведь был бы фаллос поприличней
     Вы б не теряли время зря

*     *     *

     Мой друг, Рубен! Твой мир - искусство!
     Как Александровским Мечом
     Ты разрубаешь узел чувства
     Своим огромнейшим х: